Если смотреть на ваши фотографии прошлых лет и на то, как вы выглядите сейчас — изменения очевидны. Спокойные тона, платки, минимум макияжа. Это сознательное решение соответствовать внутреннему состоянию или ответ на критику критиков?
— На самом деле мой внешний вид в реальной жизни не менялся абсолютно. Те же спокойные тона, то же абсолютное отсутствие косметики были со мной всю жизнь. Если мы говорим про профессиональные фотосессии или съемки на телевидении: разумеется, там со мной работает стилист. Он подбирает одежду, делает нужный макияж в строгом соответствии со стилистикой кадра.
В повседневной жизни я предпочитаю простой удобныйстиль. Терпеть не могу платья и каблуки, вообще не крашусь. Буквально на прошлой неделе впервые за долгое время сама купила себе тушь для ресниц, потому что до этого меня всегда красил либо стилист на проекте, либо моя старшая дочь, которая по профессии визажист. Я не люблю ничего броского, вычурного, мне в этом просто некомфортно.
Очень люблю черный цвет в одежде. И совсем не потому, что он какой-то «готический» или мрачный, а просто потому, что более глубокого и удобного цвета еще не придумали. Я за ним в каком-то смысле прячусь, для меня он спокойный, ровный, базовый, без лишних раздражающих деталей. Конечно, в ранней молодости, лет в 14–15, когда я слушала группу Nirvana, то стиль одежды у меня тогда был соответствующий, бунтарский. Но уже в 21 год я впервые стала мамой, и с тех пор никаких вызывающих нарядов в жизни на мне никто никогда не видел.
Сегодня много говорят о кризисе традиционной семьи и потере ориентиров. Вы часто выступаете в роли духовного наставника. С какие главными страхами и болями к вам приходят современные женщины?
— Главная боль и страх современных женщин формулируется очень просто: «Нет настоящих мужчин». Как правило, рядом с женщиной оказывается либо инфантильный «псевдо-сыночек», либо глубоко сломанный мужчина, которому вместо полноценных отношений нужны аниматор, нянька или личный психотерапевт. Почему так происходит? Поймите, у нас выросло целое поколение мужчин, воспитанных исключительно женщинами в тяжелое постсоветское время. Да и в советский период после Великой Отечественной войны женщины привыкли в одиночку тянуть всю лямку семейного быта. Наши женщины действительно невероятно мощные, мудрые и терпеливые, но, к сожалению, счастья им это абсолютно не приносит.
В идеале семейная иерархия должна выглядеть так: мужчина идет за Богом, женщина идет за своим мужем, а за ними идут дети. Но в реальности такое встретишь крайне редко. Как правило, женщина тащит все на своих плечах. И проходить эти испытания, эту тяжесть с молитвой, верой и искренним прощением гораздо легче. Было бы прекрасно, если бы каждая пара стремилась к Богу и заповедям. Если и мужчина, и женщина четко осознают, что измена — это смертный грех, они оба просто не станут смотреть налево. У них единое мировоззрение, и они идут в одном направлении, крепко держась за руки.
Но когда у одного партнера есть понятие греха и совести, а у другого оно напрочь отсутствует — история колоссально усложняется. Многое можно исправить в отношениях человека к самому себе, к миру и к партнеру, но здесь критически важно желание обоих. Если мужчина категорически не хочет меняться ради сохранения семьи, у меня есть определенные рекомендации, как женщине жить дальше. Я не люблю слово «одиночество», давайте назовем это самостоятельным путем, но обязательно — с абсолютным миром и покоем в своей душе.
Вы много путешествуете по святым местам. Какая из паломнических поездок за последний год произвела на вас самое сильное впечатление и подарила духовную перезагрузку?
— Я действительно очень много путешествую по святым местам, причем не только в России. Я была в Иерусалиме — как верующий человек, я просто обязана была пройти земной путь Христа, приложиться к местам, связанным с нашим Господом. Безумно люблю Грузию, ее потрясающие древние православные монастыри и уединенные храмы. По России тоже езжу очень много.
Если говорить о самом сильном впечатлении, то для меня это всегда «впечатление тишины». Понимаете, есть огромные, знаменитые монастыри, которые превратились в своего рода музеи. Туда ежедневно приезжают колоссальные толпы паломников и туристов. Понятно, что люди тоже едут за молитвой, но лично мне в таких местах молится тяжело. Я не чувствую там глубокого единения с Богом.
А вот когда ты находишь какой-нибудь крошечный храм или маленький монастырь в далекой деревушке, где-то глубоко в области — там тихо, мирно, и именно там я чувствую присутствие Бога острее всего. Поэтому выделять какую-то одну точку на карте я бы не стала, их общая черта — это неизведанные, нетуристические места.
Кстати, прямо сейчас я готовлю один благотворительный проект: хочу привезти группу людей в один из таких небольших, уединенных монастырей. Мы проведем там три дня в абсолютной тишине, чтобы люди смогли полностью отключиться от безумной городской суеты, прочувствовали истинные духовные ценности, соединились с Богом, сходили на исповедь и причастие, и наконец-то научились правильно молиться. Естественно, вся финансовая, заработанная часть от этой поездки до копейки останется в монастыре, как моя помощь этой святой обители.
